|

Новый курс татарстанского муфтията: трудности и успехи деваххабизации

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Избрание 18 апреля 2011 г. муфтием Татарстана на альтернативной основе (в отличие от предыдущих съездов мусульман республики, проходивших с выдвижением одного кандидата) Ильдуса Фаизова можно считать началом нового курса татарстанского муфтията, который стал не только переломным, но и необходимым в работе Духовного управления мусульман РТ. Особенно это стало очевидно после событий в Нурлатском районе Татарстана 25 ноября 2010 г., в ходе которых силами правоохранительных органов республики была ликвидирована вооруженная банда фундаменталистов. Именно «нурлатский синдром» на многих подействовал отрезвляюще: больше игнорировать проблему проникновения нетрадиционных для татар течений зарубежных форм ислама радикального толка, о которых говорили эксперты, было невозможно. И именно тогда стало понятно, что ситуация зашла настолько далеко, что необходимы скорейшие меры. После Нурлата говорить, что салафизма в Татарстане нет, было глупо. Даже начальник Управления по вопросам внутренней политики Аппарата Президента РТ Александр Терентьев на одном из весенних совещаний межведомственной рабочей группы «по вопросу гармонизации межэтнических отношений» вынужден был признать, что «у жителей республики вызывают «определенную настороженность попытки распространения среди мусульман Татарстана, особенно среди молодежи, салафитских взглядов». «Данный вопрос требует постоянного внимания и деликатного участия всех органов власти», — отметил тогда высокопоставленный чиновник.

Одной из мер противостояния салафитизации исламской уммы региона стала предлагаемая экспертами немедленная ротация кадров мусульманского духовенства. Дело в том, что среди ряда и государственных чиновников, и даже среди «силовиков» бытует непонятно на основе чего принятое мнение, что любая смена какого-либо салафитского имама немедленно приведет чуть ли не к народному восстанию. Хотя, по аналитическим оценкам сторонников нетрадиционных для татарского народа направлений ислама, насчитывается около 3 тыс. чел., в массе своей они не выйдут на улицы. Попытку инспирировать в Татарстане «египетский сценарий» (когда после пятничной молитвы на одну из центральных площадей города выходит заряженная фанатичными призывами неповиновения и агрессивно настроенная толпа на митинг), организовать свою площадь «Тахрир» в Казани салафиты и салафитствующие предпринимали весной 2011 г. в период до V съезда мусульман республики, чтобы попытаться продемонстрировать несогласие с поддержкой государством традиционного для татар ислама ханафитского мазхаба. Однако таких набралось не больше сотни человек, готовых выйти на уличные протесты. Это значит, что шантаж государства со стороны салафитов (дескать, если будете заменять имамов-салафитов на имамов-ханафитов, то мы вам устроим площадь «Тахрир» в Татарстане) не получается. Активный уличный протестный потенциал салафизма в Татарстане весьма небольшой. Нельзя же всерьез рассматривать подкупленных старушек за тысячу рублей, стоящих на пикетах и митингах с плакатами, многие из которых, как стало известно, были изготовлены в Нижнекамске, как народное восстание? Отсюда вывод, который сам напрашивается: кадровая ротация среди мусульманского духовенства путем замены салафитов на традиционалистов-ханафитов должна продолжиться, иначе ситуация станет еще хуже. Ведь когда ваххабит занимает пост имама мечети или еще выше — мухтасиба, то у него и административных рычагов для распространения идеологии радикал-исламизма, и просто аудитории слушателей значительно больше, чем когда он лишен своей должности. После снятия с поста главы мечети обычно для распространения своих убеждений у ваххабита возможностей меньше: ну, будет он сидеть у себя дома, возможно, у него на квартире будут собираться его сторонники, объединяясь в джамаат, но это все равно значительно менее опасно, чем когда салафит будет проповедовать открыто в мечети: количество слушателей у «безмечетного» фундаменталиста в десятки раз меньше. Т.е. здесь надо исходить из принципа выбора наименьшего зла.

Шантаж государства, который в Татарстане попытались осуществить сторонники салафизма, пугая всех расколом и выходом из подчинения Духовному управлению мусульман РТ, и вступлением в другие всероссийские мусульманские организации в случае, если новый муфтий республики начнет осуществлять давно необходимый курс деваххабизации, оказался на практике голословным. Никакого раскола в мусульманском сообществе Татарстана не произошло. Снятие ряда районных мухтасибов пошло только на пользу этим районам: напряженность сразу же спала, болтовня о расколе прекратилась, началась плодотворная работа в приходах, имамы которых стали получать зарплату от муфтията, что в случае, если продолжится такая практика, позволит последним избежать зависимости от зарубежных арабских фондов. Как известно, рыба гниет с головы: наличие салафита на руководящей должности в системе мусульманской структуры республики позволяет ему для распространения своих идей иметь гораздо больше возможностей. Поэтому и нелегкий процесс деваххабизации мухтасибатов все же дает свои плоды: столь откровенное господство салафизма, которое можно было наблюдать в ряде районов (и до сих пор в некоторых остается), постепенно сходит на нет. Конечно, ваххабизм одномоментно не искоренишь, тем более что сейчас в Татарстане он переходит в крипто-фазу: вчерашние салафиты вдруг стали рядиться в тогу традиционного для татар ханафизма.

Другой проблемой, всплывшей в условиях политики деваххабизации, стало появление частных мечетей, неподконтрольных ДУМ Татарстана. Так, к примеру, в Казани есть такие молельные заведения, которые чисто юридически оформлены под коттеджи, имеющие при этом вид мечетей. Такую же картину можно наблюдать в одной из гостиниц, в которой располагается молельная комната, где часто выступают арабские проповедники. Муфтият никак не может воздействовать на данные заведения, поскольку формально такие мечети являются частной собственностью и как мечети не зарегистрированы. ДУМ Татарстана в своем уставе фиксирует приверженность ханафитскому мазхабу, настаивая на том, чтобы только в духе этого традиционного для татар течения ислама велась религиозная деятельность. Однако в таких частных мечетях плевать хотели на татарстанский муфтият: собственник может пригласить любого миссионера, который будет проповедовать перед молодежью все, что угодно, в т.ч. и учение о «чистом исламе» (что, к сожалению, и практикуется последние годы).
Новой проблемой, которая появилась в Татарстане буквально в последние годы, стало проникновение «Братьев-мусульман» («Ихван-аль-Муслимун») в республику. По мнению наблюдателей, ихванисты выступают в роли реабилитаторов ваххабизма. В частности, ихванисты, численность которых пока невелика, пытаются внушить молодежи мысль, что ваххабиты — это такие же братья для традиционалистов-ханафитов, только более ортодоксально настроенные, при этом экстремистскую составляющую ваххабизма пытаются либо оправдать, либо найти ей смягчающие объяснения. Следуя идеологии панисламизма, ихванисты любят говорить, что и ваххабиты, и хизб-ут-тахрировцы, и джамаат-таблиговцы такие же братья традиционалистам-ханафитам как, к примеру, последователи традиционного для ряда кавказских народов шафиитского мазхаба.
Анализируя ситуацию в мусульманской умме, нельзя не отметить еще один принципиально важный момент изменения на исламском поле Татарстана. Праздничный гает-намаз по случаю Ураза-байрама 30 августа 2011 г. муфтий Ильдус Фаизов провел не в центральной казанской мечети «Кул Шариф», а в исторически соборной мечети «Марджани». И тот факт, что именно туда пришел помолиться президент Татарстана Рустам Минниханов, абсолютно неслучаен. Во-первых, это тонкий намек имаму «Кул Шарифа», учившемуся в Саудовской Аравии: президент республики, которого муфтий назвал в одном из своих выступлений «главой татарского народа» (раньше так, обычно, называли Минтимера Шаймиева; похоже, что титул перешел теперь к Минниханову «по наследству»), предпочитает молиться по канонам традиционного для татар ислама ханафитского мазхаба. Читать намаз, как принято в Саудовской Аравии, «глава татарского народа» не будет. И всем салафитам это дали четко понять. Во-вторых, как успели провозгласить громогласно многие национально ориентированные татарские СМИ, это первый со времен падения Казанского ханства случай, когда с народом помолился государственный лидер татарского народа. Минтимер Шаймиев никогда публично не молился. Из чего вытекает и третье: новому муфтию Татарстана удалось сделать так, что и светский лидер региона является не сторонним наблюдателем религиозной жизни на подвластной им территории, а ее участником. Предыдущий муфтий не мог похвастаться таким успехом.
Тем более что недавно появился ряд сведений, которые открывают любопытные факты на деятельность Гусмана Исхакова, экс-муфтия Татарстана. Оказывается, в 2007 г. тогдашний муфтий заключает договор с ООО «Шифа» (владелец — Наиль Галявиев, а главный бухгалтер — Мурат Галеев, который при Гусмане Исхакове заведовал отделом имущества ДУМ РТ), которое арендует принадлежащую ДУМ Татарстана недвижимость площадью 984 кв. м по ул. Газовая, д.14, в Казани. Договор аренды заключен на 30 лет. На период с 11 июля 2007 г. по 28 февраля 2010 г. ООО «Шифа» было освобождено от арендных платежей, а с 23 марта 2010 г. по дополнительному соглашению начало платить по 20 руб. за 1 кв. м. И это при том, что рыночная аренда 1 кв. м на ул. Газовая — 400-500 руб. По условиям договора аренды, изменить ставки без согласия арендатора ДУМ не может, а за его одностороннее расторжение предусмотрен штраф в 500000 евро. Почему Гусман Исхаков заключает с какой-то частной фирмой заведомо невыгодный для ДУМ Татарстана договор, остается только загадкой.

Всплыл еще один любопытный факт: недавно ДУМ Татарстана обязали выплатить более 600 тыс. рублей венгерской компании ООО «Хална-Дуна». Оказывается, Гусман Исхаков в январе 2010 г. заключил с этой венгерской фирмой краткосрочный договор беспроцентного займа на $20.000 (559,36 тыс. рублей). С какой целью был взята такая сумма в долг, опять же неизвестно. Расплачиваться по всем этим счетам, расхлебывать всю эту кашу, доставшуюся в наследство от предшественника, похоже, придется новому муфтию Татарстана. Однако сам факт всех этих всплывших (и, возможно, еще тех, которые всплывут в будущем) финансовых делишек говорит о том, кто последние 13 лет был главой мусульман Татарстана.
Похоже, что менять имидж ДУМ Татарстана в лучшую сторону придется Ильдусу Фаизову. Работа нелегкая, но жизненно необходимая. Ведь дело не только в том, что есть вот такие финансовые нюансы, а в том, что на кону судьба Татарстана. Если не менять ничего, если сохранить все так, как «было при Гусмане», чтобы, дескать, не злить ваххабитов, то ситуация пойдет по северокавказскому сценарию. На Северном Кавказе тоже выступают за диалог с ваххабитами, наивно пытаясь их «умиротворить», договориться с ними, пойти им на уступки. Результат известен: там «нурлатские события» происходят ежедневно. Нельзя допустить такого в центре России. А потому методы, которые пытаются использовать на Северном Кавказе, чтобы «договориться» с ваххабитами, для Татарстана неприемлемы. Договариваться о чем? И, главное, — зачем?

Раис Равкатович Сулейманов – руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований

Tags: , , , ,

Leave a Reply