|

Иран и Россия укрепляют статус-кво на Каспии

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Усиление взаимодействия России и Ирана в Каспийском море не направлено на изменение геополитического и геостратегического статус-кво в регионе.

В свете последних событий, а речь идет о дружественном визите в российский порт Астрахань группы военно-морских судов Ирана и информации о планирующихся совместных российско-иранских военно-морских учениях, а также о появлении на Каспии суперсовременного иранского эсминца «Джамаран-2», некоторые региональные игроки не на шутку обеспокоились проблемой безопасности в Каспийском море.

Особенно громко тревогу забил Баку, что вполне объяснимо, ведь из пяти прикаспийских государств Азербайджан является самым «каспийским». Именно азербайджанцы начали первыми в Каспийском море и чуть ли не первыми в мире добывать нефть с морского дна. Сегодня Баку – крупнейший город-порт на Каспии.

Однако при ближайшем рассмотрении можно сделать вывод, что так обеспокоившая всех активность – на самом деле лишь обычное проявление сотрудничества двух держав, а не угрожающая остальным каспийским государствам консолидация России и Ирана.

Безусловно, на Каспии постоянно присутствует угроза региональной безопасности, прежде всего из-за того, что статус недр Каспийского моря до сих пор остается предметом споров.

Регион попадает в сферу интересов стран Западной Европы, которые рассчитывают получать ресурсы через пока еще только проектируемый Трансадриатический газопровод. В связи с этим, усиление в Каспийском регионе «опального» Ирана вызывает опасение западноевропейских государств, а также тревогу Турции, из всех сил стремящейся стать надежной транзитной страной.

Как считает российский политический эксперт, руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества Александр Собянин, равновесие в Каспийском море вполне может быть обусловлено подавляющим превосходством одной из сторон – России.

До недавнего времени российский флот на Каспии был мощнее совокупности военно-морских сил всех остальных прибрежных государств, однако в связи с появлением возможности приобретения на мировом рынке кораблей прибрежной зоны принципиально нового класса, региональная безопасность требует куда большие гарантии. Именно поэтому расширение взаимодействия России и Ирана служит во многих смыслах на пользу всем прикаспийским государствам.

Что касается непосредственно последних событий в Астрахани, военный атташе посольства Ирана в России Сулейман Адели подчеркнул, что иранский флот, прибывший в российский порт, несет «послание мира и дружбы для всех стран бассейна Каспийского моря».

Факторы, влияющие на мотивацию действий иранской стороны, можно разделить на две большие группы. К первой, включающей в себя тактические цели и задачи, можно отнести тот же нерешенный вопрос о статусе Каспийского моря, который мешает адекватно распределить зоны влияния прикаспийских государств, и, соответственно, внести ясность в спор о нефтегазовых месторождениях.

Напомним, что несколько лет назад Баку и Тегеран не поделили месторождение «Сардар Джангал», чьи запасы оцениваются не менее чем в 2 млрд. баррелей. На помощь Азербайджану поспешила Турция, которая пристально следит за региональной обстановкой, потому что имеет особые интересы на Каспии.

Вторая группа, включающая стратегические устремления России, отчасти определяется рамками евразийского проекта. Кристина Сухоплещенко, специалист по проблемам каспийско-черноморского региона,  считает, что ось Москва – Тегеран, является пусть и не главной, но все-таки одной из опор евразийской интеграции, а это означает, что сотрудничество России и Ирана в любой из сфер, будь то экономика или безопасность, обусловлено геостратегическим факторами и направлено на укрепление евразийской взаимозависимости и интеграции.

Наращивание вооружений прикаспийскими государствами также обусловлено рядом региональных вызовов, таких, как терроризм, организованная преступность, незаконный оборот наркотиков, пиратство и браконьерство, борьба с которыми невозможна без качественной технической базы и хорошо подготовленных подразделений.

Российская сторона уже выступала инициатором создания совместной военно-морской группировки на базе пяти прикаспийских государств с целью повышения безопасности морского судоходства и защиты важнейших добывающих объектов от террористических и прочих угроз.

Однако разногласия стран по стратегическим вопросам и чрезвычайно запутанная экономическая конъюнктура региона не позволили продвинуться в этом направлении. Тем не менее, Россия считает, что безопасность на Каспии должна обеспечиваться исключительно каспийскими государствами, а внешнее вмешательство не только неприемлемо, но и опасно в плане повышения угроз.

Ресурсные перспективы Каспийского моря являются чрезвычайно привлекательными для ряда нерегиональных акторов, которые через посредничество близлежащих к Каспию стран постоянно расширяют свое влияние в регионе.

Сергей Ермаков, начальник сектора проблем региональной безопасности Российского института стратегических исследований, уверен, что внешние силы, стимулирующие милитаризацию и фрагментацию в регионе, преследуют собственные геополитические интересы: «Вполне вероятно, что недавняя нервная реакция на пример военного сотрудничества России и Ирана как раз и связана с тем, что подобные мероприятия объективно не укладываются в планы некоторых нерегиональных игроков (США и НАТО), стремящихся взять под свой контроль решение проблем безопасности на Каспии».

В конце концов, все так называемые российско-иранские учения подходят под определение «военные» с большой натяжкой. Например, в нашумевших в 2009 году «совместных военно-морских маневрах» в Каспийском море со стороны России принимал участие лишь один корабль МЧС. Более того, сами маневры проходили в пределах территориальных вод Ирана, а не в открытом море. Да и дружественный визит двух ракетных катеров в Астрахань – это отнюдь не военно-морские учения. Можно предположить, что и планируемые осенью российско-иранские учения сведутся к чисто протокольным мероприятиям.

Получается, что военно-морская активность России и Ирана в Каспийском море – это скорее попытки удержать в узде региональную систему безопасности, которая по причине внутренних и внешних угроз норовит вырваться из рук и раскалить отношения между странами региона.

Однако для всех абсолютно ясно одно: можно так или иначе трактовать активизацию морского сотрудничества на Каспии, исходя из политической конъюнктуры, но укрепление военно-морских сил «пятерки», как на индивидуальной, так и на многосторонней основе, является фактором, гарантирующим невмешательство посторонних сил во внутрирегиональные отношения.

Петр Игнатенко (Москва) – «РИА Новости»

Leave a Reply